За столетие до появления Дейенерис Таргариен, в эпоху, когда династические распри лишь тлели вдали от глаз простых людей, по дорогам Вестероса путешествовал необычный дуэт. Рыцарь, известный как сир Дункан Высокий, чья честность и прямота порой граничили с простодушием, встретил на своем пути худощавого, босоногого мальчишку. Юношу звали Эгг, и он, казалось, был обычным сиротой, ищущим пропитания и крыши над головой.
Однако за внешней неприметностью паренька скрывалась великая тайна, о которой Дункан поначалу и не догадывался. Взяв Эгга к себе в оруженосцы — решение, продиктованное скорее добрым сердцем, чем расчетом, — рыцарь даже не предполагал, как изменится его жизнь. Их странствия начались без громких целей: найти достойное занятие для меча, помочь тем, кто в беде, увидеть новые земли.
Дороги континента в те годы были не менее опасными, чем впоследствии. Дуэт постоянно оказывался в центре неожиданных событий. То им приходилось разрешать спор между мелкими лордами, чьи владения находились на грани конфликта из-за старого колодца. То они натыкались на шайку разбойников, промышлявших в лесных чащобах. Дункан, полагаясь на силу и кодекс чести, и Эгг, чья смекалка и наблюдательность не раз выручали в трудную минуту, учились доверять друг другу.
С каждым новым приключением между рыцарем и его юным спутником крепла незримая связь. Эгг, внимательный и пытливый, перенимал не только навыки обращения с оружием, но и те неписаные правила, что делали Дункана настоящим защитником слабых. В свою очередь, рыцарь начал замечать в мальчике необычную глубину суждений и манеры, несвойственные простолюдину. Вопросы о прошлом Эгга оставались без прямых ответов, окутанные легкой дымкой вымысла.
Их путь лежал через тихие деревушки, шумные ярмарки и мрачные замки, где интриги витали в воздухе. Однажды, попав в крупный портовый город, они оказались втянуты в расследование серии загадочных краж. Другой раз, в дождливую осень, им пришлось искать убежище в древнем, полузабросенном форте, хранящем echoes былых сражений. Именно в таких передрягах, где опасность подстерегала за каждым поворотом, и раскрывался истинный характер обоих.
Постепенно, через случайно оброненные фразы, через реакции Эгга на упоминания знатных домов, перед Дунканом начала проступать иная картина. Но рыцарь, верный своему слову и новой дружбе, не торопился с выводами. Он понимал: у каждого есть право хранить свои секреты, пока это не вредит другим. Их совместное путешествие становилось не просто чередой событий, а школой жизни для обоих — где один учился мудрости и скромности, а другой — верности и долгу, что важнее любого титула.
